Энергетическая политика Украины: стратегическая линия или тактические маневры?

27/04/2011
Джеймс Джордж Джатрас, Заместитель директора

Размеры Украины, ее местоположение, ресурсы и талантливый и трудолюбивый народ превращают ее в значимый экономический актив для соседей, как на Востоке, так и на Западе, а также незаменимого участника европейской интеграции и развития при любых их конфигурациях. Но существует два ресурса, которые выделяются в особенности. Первый – это потенциал Украины как "сельскохозяйственной Саудовской Аравии", одной из наиболее богатых черноземами стран мира в условиях, когда продовольственная безопасность все в большей степени становится глобальной проблемой. Второй – это расположение Украины как транзитной страны при поставках энергоносителей из других государств бывшего СССР, прежде всего России, в остальную часть Европы на западе. Первый - сельское хозяйство, остается в значительной степени в запущенном состоянии, чему Американский Институт в Украине (АИУ) посветит материал в ближайшее время.

Второй - транзит энергоносителей, остается наиболее спорной и кажущийся неразрешимой проблемой Украины. Судя по всему, не способствует решению проблемы и очевидная неспособность Киева сосредоточиться на выборе ряда непростых и неприятных альтернатив, которые лишь становятся все менее привлекательными с течением времени. Среди взаимосвязанных факторов, которые оставляют Киеву все более узкое пространство для маневра:

  • Плачевное и продолжающее ухудшаться состояние украинской инфраструктуры для транспортировки энергоносителей, и очевидный вопрос о том, кто оплатит ее модернизацию.
  • Угроза, которую представляют для Украины как основного транзитного канала альтернативные маршруты с конкурирующей политической ориентацией, в частности, такие конкурирующие трубопроводы как "Южный поток" (Москва) и "Набукко" (Вашингтон).
  • Желание Москвы добиться слияния "Нафтогаза Украины" с "Газпромом" – которое понимается всеми как поглощение русскими национального актива Украины номер 1, а не только как создание совместного предприятия, которое предпочел бы Киев.
  • Установленная Москвой формула цены с привязкой газа к нефти, цена на которую резко растет.
  • Асимметричные и взаимоисключающие предложения России и Европейского Союза по экономической интеграции, в которой основополагающими станут отношении между Востоком и Западом в сфере энергетики.

Перед лицом этих факторов Киев может выбрать две линии проведения. Одна из них состоит в том, чтобы трезво и с долгосрочных стратегических позиций посмотреть на активы и пассивы Украины и добиться наиболее выгодной при данных обстоятельствах сделки. Другая - в том, чтобы принимать тактические решения в конкретной ситуации без какого-либо четкого видения того, где Украина будет или должна оказаться в конечном итоге. Не являясь исчерпывающими, все имеющиеся данные указывают в основном на второе.

Подход Украины в отношении угрозы снижения ее значимости как страны-транзитера энергоносителей (а именно ее создает "Южный поток") состоит в том, чтобы не допустить реализации проекта "Южный поток", а не в том, чтобы найти способ обратить новую ситуацию в свою пользу. Недавним заявлением Министр энергетики Юрия Бойко выразил обеспокоенность в связи с перспективой снижения значимости Украины: "Южный поток" является политическим проектом наших российских партнеров, которые хотят создать избыточные транзитные мощности по газу, подобно тому, что они сделали раньше по нефти ", - сказал Министр энергетики Юрий Бойко. Но с учетом той решимости, с которой Москва оказывает поддержку "Южному потоку" (по уровню которой он уступает только "Северному потоку"), крайне маловероятно, что его можно будет торпедировать какими-либо действиями, которые Киев может предпринять исходя из своих возможностей. В любом случае, даже западные эксперты признают, что "даже если оба [т.е. Северный и Южный] трубопроводы будут построены и будут работать на максимальной мощности, они не обеспечат всего прогнозируемого роста европейского спроса", и роль Украины, хотя и в меньшей степени, будет по-прежнему существенной. Проще говоря, вместо того чтобы тратить усилия на бесперспективную борьбу с целью заблокировать южный маршрут, Украине нужно думать над тем, как увеличить свою значимость при транзитном сценарии, в котором будут существовать несколько маршрутов.

Что касается цен на российские энергоносители, то администрация в Киеве вновь выбрала простую линию поведения: судебное преследование бывших чиновников, включая бывшего премьер-министра Юлию Тимошенко, которая договорилась о том, что теперь представляется невыгодной для Украины сделкой. Но каким образом это решает фундаментальную дилемму цены для Украины? "Украина хотела бы держать низкие цены за счет политической сделки с " Газпромом", но с другой стороны хотела бы соблюдать условия стран-членов ЕС [и не закрывать для себя возможности, связанные с участием в Европейском энергетическом сообществе], и эти две цели практически несовместимы", - отмечает Андрей Белый из Высшей школы экономики. Этого не изменишь, отправив Тимошенко или бывшего главу Нафтогаза Олега Дубину в тюрьму. В любом случае Россия вероятно пересмотрит привязку газовых цен к нефтяным просто в силу рыночных факторов в связи с разрастающимся на Ближнем Востоке кризисом и ростом цен на нефть, а также жалобами со стороны европейцев и особенно немцев.

Что касается определения источника средств для модернизации разваливающейся энергетической инфраструктуры Украины - Украина, конечно, может просить Москву предоставить средства для актива, в котором она не будет иметь возможности стать совладельцем: "Я хотел бы подтвердить намерение украинской стороны осуществить общую реконструкцию газотранспортной системы для увеличения поставок российского природного газа в европейские страны примерно на одну треть", - сказал премьер-министр Николай Азаров. "Я рассчитываю, что российские компании примут активное участие в нашей газотранспортной системе, которая обеспечивает базовые трубопроводы, и в строительстве магистральных насосных станций". Не нужно иметь каких-либо особых способностей предсказателя, чтобы предугадать то, что россияне будут готовы платить за модернизацию актива, находящегося в совместном владении, но не во владении совместного предприятия. Другой альтернативой может быть европейское финансирование, на котором настаивают западные аналитики: "Плачевное состояние украинской экономики должно стать для ЕС стимулом к действию. Присутствует фактор времени, поскольку переговорные позиции Украины продолжают ослабевать. Украину не следует рассматривать исключительно с позиций коммерческой выгоды, а скорее как долгосрочного партнера, имеющего ключевое значение для обеспечения энергетической безопасности Европы. Без увеличения инвестиций ЕС, Газпром, по всей вероятности, добьется от украинцев передачи прав собственности на свою трубопроводную сеть на будущих переговорах о ценах на газ и модернизации".

Определить ЕС, который имеет свои собственные проблемы, в качестве альтернативы России – это не то же самое, что получить средства. Таким образом, проблема инфраструктуры ведет напрямую к дилемме Украины – какой вариант экономической интеграции лучше: с ЕС или с Таможенным союзом (ТС) России, Беларуси и Казахстана. Пока Украина пытается усидеть на обоих стульях, отказавшись от членства в ТС в пользу предлагаемого сотрудничества по формуле "3 + 1" без членства в ТС, одновременно продолжая преследовать цель заключения соглашения о свободной торговле с ЕС. Это не сработает. Украина сможет получить цены Таможенного Союза, вступив в него по формуле "4 + 0", а не "3 + 1", что, по словам президента Януковича, он не готов сделать. При этом маловероятно, что простое соглашение о свободной торговле с ЕС (в то время как перспектива фактического членства остается в диапазоне от отдаленной до бесконечности) позволит получить необходимую поддержку. Дело в том, что для Украины двери в ТС открыты. А двери в ЕС - нет.

Пытаясь играть в полумеры с Европой и Россией, Украина остается без каких-либо преимуществ той или иной ориентации. Между тем, пространство для переговоров продолжает сужаться.