Украина и углубление кризиса в Европе

21/09/2011
Энтони Салвия
Директор Американского института в Украине

В недавней статье в Wall Street Journal Президент Янукович заявил: «Украина нуждается в Европе. Что не менее важно, Европа не может позволить себе забыть об Украине». Действительно, «будущее Украины связано с Европой». Он предвидит, что Украина будет играть «успешную роль в европейской экономике».

Статья представляет материал, в котором присутствует тенденция, ранее уже отмечавшаяся Американским институтом в Украине и заключающаяся в дрейфе Украины в сторону прозападной ориентации, главным показателем которого является заявленное Киевом предпочтение в пользу Европейского союза по сравнению с вступлением в Таможенный союз с Беларусью, Казахстаном и Россией.

Решение остается за Украиной, но разумно ли поступает Киев, заверяя в своей верности Брюссель в то время, как средства массовой информации во всей Еврозоне обсуждают, каких из нынешних членов следует попросить на выход, а не каких новых членов следует пригласить в ЕС?

Вокруг полно разговоров о крахе и гражданских беспорядках. Наиболее оптимистичный сценарий предполагает конечный результат по японскому образцу, то есть десятилетия стагфляции (экономического застоя при одновременной инфляции), результат бесконечного ряда мер по спасению Греции и, возможно, четырех других несостоятельных членов ЕС.

Цель субсидий заключается в спасении проекта, связанного с введением евро, и ограждении инвесторов, то есть владельцев греческого долга, от последствий их собственной неосмотрительности. Финансирование спасательных мер ложится на плечи находящихся в трудном положении налогоплательщиков во всех странах еврозоны (главным образом, в Германии и других северных странах-кредиторах). Эти средства не имеют ничего общего с активизацией роста, который в странах ЕС составлял в среднем ничтожные 1,5 % в год, начиная с 2001 года, как в кризис, так и в его отсутствие. Вот почему вопрос о спасении Греции имеет такой серьезный политический контекст во всей Европе. Существует распространенное мнение, что европейский проект осуществляется в интересах технократической элиты и инвесторов, которые не останавливаются перед присвоением прибыли, даже когда они перекладывают риск на плечи общества.

Европейский проект, в его нынешнем виде, стал настолько проблемным с политической точки зрения, что постепенно перестает пользоваться государственной и общественной поддержкой как в страна-кредиторах, так и в странах-должниках. В Великобритании, наиболее скептически настроенной по отношению к европейскому проекту среди крупнейших стран-членов ЕС, число тех, кто считает дальнейшее членство в ЕС хорошей идеей, сократилось всего до одной трети избирателей. Более того, оппозиция участию ЕС распространилась из крыла Консервативной партии и на значительное число фракций Лейбористской партии. В Германии г-же Меркель, если она собирается убедить Бундестаг продолжить предоставление субсидий Греции (не говоря уже о создании финансового союза, чего требуют некоторые деятели), по всей вероятности, потребуется поддержка со стороны членов оппозиционной Социал-демократической партии, чтобы компенсировать вероятное отступничество многих из ее партнеров по коалиции.

Общественное мнение в странах-должниках, которые были твердо настроены в пользу ЕС в безмятежные дни, когда потоком шли денежные средства на осуществление инфраструктурных проектов и других подобных проектов с минимальными оговоренными условиями, теперь с раздражением воспринимает обременительные требования жесткой экономии. Блоггер из Греции недавно заявил журналистам Daily Telegraph в Лондоне, что никто в Греции не знает, куда исчезли 340 млрд. евро, направленные Брюсселем в Афины за эти годы. По его словам, греки теперь возмущаются, что их сделали козлами отпущения за ненасытность правящей элиты страны. Он завил:

«Предполагалось, что когда мы вступили в ЕС, мы выиграем с социальной и политической точек зрения, и что мы узнаем, как обеспечивается функционирование западных стран. Вместо этого, наши правительства получили доступ к дешевым кредитам, которые были использованы для расширения и без того раздутого чиновничьего государственного аппарата ... Наше правительство ... продолжает лгать, обманывать, воровать и самодурствовать».

Британская журналистка Джанет Дейли бьет не в брось, а в глаз:

«Ангела Меркель ... не может брать на себя бесконечную финансовую помощь и предоставление гарантий по безмерному средиземноморскому долгу, точно так же как греческое правительство не может обеспечить требуемые ЕС меры жесткой экономии, потому что люди в обеих странах не хотят этого. Как говорится, нашла коса на камень».

Европа (т.е. технократическая брюссельская Европа) усвоила на своем на горьком опыте, как подметил британский член Европарламента Дэниэл Ханнан, что гармонизация не приносит процветания. Нельзя обеспечить рост путем увеличения расходов, нельзя брать взаймы бесконечно и нельзя обесценивать свою валюту без последствий. (США, кстати, в настоящее время извлекают во многом аналогичный урок). И, конечно же, кейнсианская экономическая теория является котом в мешке.

Что все это означает для Украины? Настало время спуститься на землю. Ключом к процветанию является упорная работа, низкие налоги и устойчивая валюта. Все остальное является иллюзией.

Украинцы должны осознать, что Брюссель не намерен видеть Украину в качестве члена ЕС (что, на мой взгляд, только к лучшему). Если Брюссель столкнется с наиболее оптимистичным сценарием развития событий (десятилетия стагфляции по японскому образцу), то централизованно планируемая экономика ЕС в отсутствие роста вряд ли будет в состоянии тащить Украину к процветанию. Это означает, что даже ограниченная цель присоединения к зоне свободной торговли с ЕС вряд ли принесет Украине много хорошего.

Украина должна пересмотреть свою политику в отношении присоединения к Таможенному союзу с Беларусью, Казахстаном и Россией. Преимущества являются значительными: Украина будет платить внутренние российские тарифы за российский газ. Потенциально это огромное благо как для украинских государственных финансов, так и для обыкновенных украинских потребителей энергоносителей. Это избавило бы Украину от необходимости соблюдения жестких требований МВФ по сокращению огромного дефицита в доходах и расходах Нафтогаза за счет повышения тарифов для украинского населения и предприятий. Украина получила бы беспрепятственный доступ на рынок с населением около 200 миллионов человек, на котором экономический рост в среднем за период с 2001 года составлял 7 % в год (по сравнению с 1,5 % в ЕС за тот же период). Если говорить кратко, присоединение к Таможенному Союзу придало бы огромный импульс экономическому развитию и росту занятости в трудный период для многих украинцев.

Ключом к будущему Украины являются не быстрые решения или панацеи иностранного происхождения. Им является успешное развитие Украиной своих собственных ресурсов. К их числу относятся:

  • поддержание продуктивных отношений со всеми соседними державами, хотя и с предпочтением в пользу России, которая остается жизненно важной для сохранения мира, процветания и энергетической безопасности Украины.
  • либерализация экономики, которая является ключом к искоренению коррупции и открывает путь для увеличения прямых иностранных инвестиций;
  • принятие разумных законов о собственности на сельскохозяйственные земли. При этом эксперты прогнозируют в скором времени удвоение украинского ВВП и последующее быстрое превращение страны в Саудовскую Аравию применительно к сельскому хозяйству);
  • развитие подлинного духовного наследия нации, поскольку это является жизненно важным для нравственного возрождения нации.

Я даю такой же совет Соединенным Штатам - стране, не менее нуждающейся в нравственном возрождении. Отбросьте утопические проекты (военное государство и государство всеобщего благоденствия Вильсона и Рузвельта) и быстрые решения (кейнсианской экономической теории), которые оказываются иллюзорными, примите реалистичную внешнюю политику, целью которой является достижение общеевропейского согласия, включая все территории бывшего СССР, и восстановите достоинство национальной валюты, наряду с другими мерами.

К счастью, если дебаты в ходе нынешней президентской кампании в США можно считать каким-то показателем, эти идеи медленно, но неуклонно пробивают себе путь.