В возникшем украинском кризисе немецкая НПО винитнастойчивость ЕС в предоставлении Украине неизбежного выбора «или-или»

06/06/2014
Джеймс Джордж Джатрас
Заместитель Директора, АИУ

С момента своего создания в 2009 году, Американский институт в Украине (АИУ) последовательно выступает за необходимость баланса и компромисса между Востоком и Западом с целью сохранения стабильности в Украине и существенной роли страны. Эту позицию также поддерживали и поддерживают многие ведущие и уважаемые комментаторы по обе стороны Атлантики, как до наступления нынешнего кризиса, так и во время него. Например, как раз сегодня Грэм Эллисон, Директор Белферского Центра науки и международных отношений при Школе государственного управления Джона Ф. Кеннеди Гарвардского университета, предложил хорошо известные ключевые элементы надежного урегулирования: нейтралитет, сбалансированные торговые связи, децентрализация, соблюдение прав меньшинств и языковых прав, разоружение вооруженных группировок, как на востоке, так и на западе, а также международные гарантии безопасности. (См.«Как разрешить украинский кризис», TheNationalInterest) К сожалению, Запад (в основном США, но также и Европейский Союз (ЕС)) решил выбрать другое направление. Вместо баланса и компромисса ЕС (руководимый ошибочной стратегией «Восточного партнерства» (ВП), о которой подробнее сказано ниже) настоял на выборе Украиной одновекторного прозападного курса «Евроатлантической интеграции», что привело к катастрофическим результатам, которые мы наблюдаем. Как сообщает DeutscheWelle:

«Европейский союз получил низкую оценку своей внешней политики от группы выдающихся исследователей вопросов сохранения мира, которые указали на недостатки в том подходе, который ЕС применил к своим соседям в украинском кризисе.

«Оценка проводилась пятью ведущими исследовательскими институтами в отчете ‘Friedensgutachten 2014’ (Отчет о проблемах мира 2014), представленном совместно в Берлине во вторник (03.06.2014г.).

«Политика Европейского Союза в отношении Украины, в целом представляющая неизбежный выбор «или-или» в виде соглашения об ассоциации, была серьезной ошибкой», -сказала Инес-Жаклин Веркнер из Протестантского института междисциплинарных исследований в Гейдельберге (FEST). Согласно ее анализу, ЕС сделал свой вклад в развитие кризиса в Украине, но мало что сделал для его урегулирования.

Ошибка ЕС

«Когда ЕС встал на сторону оппозиции на Майдане - против режима, с которым он ранее хотел подписать соглашение - он увеличил внутриполитическую поляризацию и исключил себя в качестве посредника и менеджера по разрешению конфликта», - сказала Веркнер.

Отчет содержит рекомендации о необходимости постоянного присутствия ОБСЕ в Украине.

Бруно Шох из Института исследований проблем мира во Франкфурте (PRIF) утверждает, что ЕС был ошеломлен при столкновении на геополитическом уровне с таким игроком, как Россия.

«Попытки посредничества в Киеве министров иностранных дел Германии, Польши и Франции в феврале были предприняты слишком поздно, как указывается в отчете. По их собственному утверждению, пять институтов надеются, что их выводы позволят им повлиять на направленность внешней политики в Германии. [ . . . ]

«Исследователи также внесли другие предложения по разрешению конфликта. Они включают следующее: Украина должна провести переговоры за круглым столом на региональном и местном уровнях, и сторонники Партии Регионов бывшего Президента Виктора Януковича должны быть включены в правительство.

«Украине также должен быть дан четкий отказ возможного членства в НАТО. В долгосрочной перспективе целью должно быть формирование Украины как страны, являющейся «соединяющим мостом» между ЕС и Россией».

В отчете не только ясно освещается тот факт, что ЕС совершил ошибку, вынуждая Украину сделать выбор в пользу одной из сторон, но также задается вопрос, почему такая ошибка вообще была допущена. Во-первых, очевидно, что двухпартийный внешнеполитический истеблишмент США последовательно подталкивал ЕС к преследованию геополитических, а не исключительно экономических целей в своей политике в отношении Украины и других бывших советских республик, в частности Молдовы и Грузии. Во-вторых, основные игроки в ЕС, в частности Германия, безответственно отнеслись к своим обязанностям, когда позволили членам ситуативной «Коалиции доброй воли» преследовать свои собственные интересы, которые волей-неволей вовлекли весь ЕС. Как ранее отмечалось АИУ:

Восточное партнерство никогда не было проектом, которому все члены ЕС были полностью привержены, но всегда был любимым проектом Швеции и (в особенности) Польши [и стран Балтии], для которых восточные партнеры - и Украина в частности – были “стратегическим” тылом. Даже Румыния оказывает поддержку ВП лишь постольку, поскольку оно продвигает ее собственные цели в отношении Молдовы, отдавая приоритет другим инструментам для той же цели, например, Организации Черноморского Экономического Сотрудничества. (Точно так же, как параллельная инициатива ЕС по Северной Африке и Ближнему Востоку, «Средиземноморский союз», отражает приоритеты Испании, Франции и Италии).В определенной степени, ВП можно рассматривать как аналог неоднородного ГУАМ (Грузия-Украина-Азербайджан-Молдова), - объединение с неясной миссией безопасности при поддержке США, ценность которого только в том, чтобы помешать России.

Еще предстоит выяснить, может ли ЕС сформировать восточную политику, которая отражает интересы Европы в целом, а не сомнительные устремления активных сторонниковВП, поддерживаемые Вашингтоном.

Хорошим показателем возможности такой переоценки, вероятнее всего, будет способность ЕС обуздать односторонние«интеграционные» импульсы приверженцев ВП в ситуации с Молдовой, - страной, которая по-своему проявляет внутренние линии разлома и необходимость баланса и компромисса аналогично Украине. Например, недавнее исследование, проведенное Лондонской школой экономики (LSE), предполагает, что подписание Соглашения об ассоциации ЕС-Молдова (СA), запланированное на конец этого месяца, усложнилось в связи с продолжающимся беспорядками в соседней Украине. Как и в Украине, принуждение молдаван к выбору «или-или» между ЕС и возглавляемым Москвой Таможенным союзом может усугубить существующие политические и этно/языковые барьеры, включая непредсказуемые последствия, которые мы все хорошо знаем по ситуации в Украине.

Тем не менее, на момент написания статьи, кажется и ЕС, и руководящие органы в Кишиневе готовы целенаправленно двигаться далее в направлении подписания СА.