Украина, НАТО и заходящая звезда Ющенко

26/08/2009
Джеймс Джордж Джатрас
Заместитель директора, Американский Институт в Украине

Политики из числа “хромых уток” иногда склонны к театральным жестам, которые удовлетворяют их тщеславие и отражают идеологические предпочтения, но мало что дают в качестве наследия. 31 декабря 2000 года, всего за несколько недель до окончательного ухода с должности, Президент Билл Клинтон подписал Римский статут Международного уголовного суда (МУСС), хотя ему было известно, что он будет отвергнут следующей Администрацией Буша и не будет ратифицирован Сенатом США.

Срок полномочий, оставшийся у Президента Украины Виктора Ющенко, измеряется не неделями, а месяцами, но стабильно имея рейтинги одобрения, измеряемые цифрами из начала первого десятка, он представляется такой же “хромой уткой”, какой был Клинтон в последний день века. Тем не менее, 7 августа г-н Ющенко подписывает указ, которым утверждает “национальную программу” подготовки Украины к возможному вступлению в НАТО – документ, которому, по всей видимости, суждено стать таким же обязательным для стратегии страны в будущем, каким стал жест Клинтона в отношении МУС для американской политики при Буше.

Существует две причины, по которым указ г-на Ющенко, скорее всего, останется мертворожденным документом:

  • Изменение геополитического баланса сделало расширение НАТО вдоль Черного моря существенно менее привлекательным для основных западных держав, в том числе Соединенных Штатов, чем это было в период Буша.
  • Население Украины остается настроенным решительно против членства в НАТО и в своей массе продолжает рассматривать Россию (не называемого по имени потенциального противника по видению г-на Ющенко) в позитивном свете.

РАСТУЩЕЕ НЕЖЕЛАНИЕ ЗАПАДА

Новые настроения в Вашингтоне резко контрастируют с твердым заявлением о поддержке заявки Украины на вступление в НАТО, которое сделал в апреле 2008 года тогдашний Президент Джордж Буш-младший, и которое было решительно подтверждено тогдашним Вице-президентом Диком Чейни в сентябре прошлого года.

Сдвиг в акцентах впервые стал очевиден в мае 2009 года, когда заместитель Госсекретаря Джеймс Штейнберг заявил, что “задача для Украины и любой другой страны, претендующей на членство … реально показать, что они отвечают условиям и готовы быть членами.” Дэвид Крамер, отвечавший за Украину бывший старший сотрудник Государственного департамента, кратко описал новые настроения незадолго до июльского визита в Киев Вице-президента Байдена, заявив, что Соединенные Штаты способны помочь Украине только “в той степени, в которой Украина помогает самой себе.” Бывший посол США в Украине Стивен Пайфер охарактеризовал новый подход Вашингтона как “непростую любовь.” В обоих своих публичных выступлениях в Киеве Байден обратил внимание на серьезные недостатки в политической и экономической системе Украины, и лишь мимоходом упомянул НАТО, указав на “углубляющиеся связи [Украины] с НАТО и Европейским Союзом”, а не непосредственно на членство, и добавив, что “это ваши, а не наши решения”.

Заметные изменения в риторике США в последние месяцы отражают новый подход Администрации к Москве, как это с удовлетворением отметили наблюдатели в России. По визиту Президента Обамы к Президенту Медведеву и приглушенной американской реакции на словесный залп Медведева в сторону Ющенко в августе можно предположить наличие тенденции.

Эта тенденция может быть связана с растущим стратегическим значением России для Соединенных Штатов в свете потенциального обвала Пакистана и интенсификации “войны Обамы” в Афганистане, а не с внезапным озарением в Вашингтоне, что просто не имеет смысла делать из России врага (хотя смысла в этом действительно нет). Тем не менее, корректировки в политике, основанные на краткосрочном прагматизме имеют обыкновение приводить к более долгосрочным сдвигам в парадигме в целом. В данном случае такой сдвиг отвечал бы интересам всех сторон.

Западноевропейцы это понимают и одобряют. Их позицию выразил 5 августа Генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен, который заявил, что Грузия и Украина находятся далеко от членства в НАТО и добавил, что “НАТО не имеет намерения втягивать кого-то в альянс против их воли.” Позиция Расмуссена отличается от позиции его предшественника Яапа де Хуп Схеффера, который выражал поддержку членству Украины (и Грузии) в куда менее двусмысленных тонах. Кроме того, в прошлом году Германия и Франция (при поддержке Италии и Бенелюкса) выступали против предоставления членства в НАТО Украине и Грузии и их позиция с тех пор не смягчилась.

Все возрастающая настойчивость, с которой различные представители США и НАТО говорят о том, что именно Украина должна в достаточной мере продемонстрировать членам НАТО, что она удовлетворяет критериям для вступления, является равнозначной признанию того, что вступления в обозримом будущем не будет. Украина не сможет выполнить такие критерии еще на протяжении многих лет: она является бедной (и становится еще беднее), политически хаотичной и остается до 2017 года местом размещения неНАТОвской военной базы (главной базы Черноморского флота России).

По указанным признакам еще слишком рано судить наверняка, закрепился ли наконец реализм в Вашингтоне. Их также можно прочитать как стремление Вашингтона обратить слабость на пользу, происходящее из понимания того, что жесткое проталкивание принятия Украины может оказаться при сложившихся обстоятельствах лишь неудачным, а следовательно, вероятно, лучше подождать до более благоприятного момента в будущем. В этом свете указ Ющенко может рассматриваться как квитанция на истребование политического курса, который вместо того, чтобы тихо, заслуженно и достойно умереть, все еще представляет таящуюся угрозу для всех вовлеченных сторон – в равной степени для Украины, США, Европы и России.

УСТОЙЧИВОЕ НЕПРИЯТИЕ ВНУТРИ СТРАНЫ

Даже если бы западные державы были готовы принять Украину в НАТО в распростертыми объятиями, и даже если бы Россия была готова проглотить эту горькую пилюлю, и даже если бы на горизонте на маячили президентские выборы, планы Ющенко в отношении НАТО натолкнулись бы на непреодолимое препятствие в виде неприятия своим народом его стратегического видения, которое в своей основе антагонистично России. Почти пять лет спустя после того, что некоторые на Западе окрестили однозначным решением Украины в пользу “евроатлантического” вектора, он не смог уменьшить, а тем более искоренить у большинства украинцев чувства исторического, культурного и политического родства с их могущественным соседом.

“Если бы мы пофантазировали и представили, что российский премьер-министр Владимир Путин избирался бы на пост Президента Украины, то согласно опросам общественного мнения, он бы выиграл в первом туре”, - говорит Алексей Ляшенко, аналитик киевского института изучения общественного мнения Research & Branding. “Его единственным серьезным конкурентом был бы российский Президент Дмитрий Медведев”. Согласно другому недавнему опросу, 25 процентов украинцев желают полного объединения с Россией, 68 процентов хотят иметь свободный режим пересечения границы с Россией, аналогичный существующему в ЕС, и то, чтобы Россия и Украина оставались “независимыми, но дружественными государствами” без визового режима и таможенного контроля. Около 90 процентов граждан Украины (девять десятых!) положительно воспринимают Россию, и этот показатель вырос за последний год. В то же время две трети выступают против членства в НАТО.

Очевидно, что проблема Ющенко не в том, что Украина - это “страна, где нужна небольшая помощь в государственном строительстве”, как об этом высказывалась бывший Госсекретарь США Мадлен Олбрайт. Его проблема была диагностирована более точно Николаем Петро, бывшим советником Государственного департамента по советской политике, как исходящая из ложных предпосылок попытка относиться к многовековой религиозной и культурной связи Украины с Россией как к препятствию, которое надо преодолеть:

“Результатом явилась испепеляющая культурная гражданская война, в которой большие группы населения занимаются разрушением того самого здания, которые стремятся построить другие, тем самым обрекая на разрушение структуру, в которой нужно жить и тем, и другим.”

НАЗАД К БАЗОВЫМ ПРИНЦИПАМ

Принятие в Вашингтоне этой фундаментальной реальности на постоянной основе, если оно произойдет, будет способствовать миру и стабильности в Европе и повысит безопасность США за счет устранения ненужных помех на пути установления устойчивых отношений с Россией. Хотя само по себе оно является желательным, пока нельзя утверждать, что это действительно случится, и естественно этому будут противодействовать идеологи, которые руководствуются очевидно устаревшими взглядами на стратегические интересы Америки на пространстве бывшего СССР (например, Збигнев Бжезинский).

Но поскольку, как это представляется сейчас, вероятность того, что Украина станет членом НАТО, все ниже, этот предварительный вывод влечет за собой важный вопрос: каким должно быть позитивное стратегическое видение будущего руководства в Киеве вместо того, которое было последовательно дискредитировано с 2004 года? Ответ очевиден: стратегия реалистов, разработанная в соответствии с национальными и государственными интересами Украины в том виде, в котором она существует, отражающая все разнообразие украинских регионов и ее исторического сознания. Исходя из геополитических и экономических реальностей, а также ее исторического и культурного наследия, Украина в том виде, в котором она существует, имеет явный интерес в поддержании близких и дружеских отношений с Россией в не меньшей степени, чем отношений с Западом. Украина в том виде, в котором она существует, по-прежнему идеально подходит для того, чтобы преодолеть искусственное разделение Европы на Запад и остальных, и играть роль моста между основным частями Старого континента.

Как неоднократно указывал АИУ, Украина обладает уникальным положением, как географически, так и культурно, для того, чтобы служить таким мостом. Эта возможность является взаимоисключающей с тем тупиковым курсом на вступление в НАТО, к которому президент, фактически являющийся “хромой уткой”, привязывает Украину сейчас. Во время президентской кампании является крайне необходимым, чтобы другие кандидаты в президенты, обладающие реальными шансами на то, чтобы занять высший пост в следующем году, четко прояснили свою позицию по данному вопросу перед избирателями Украины.